Друзья, враги и тараканы

Спонсор поста: самый правильный сайт по тематике «иероглифы«.

Если воздух в парикмахерской свеж и прохладен, то стрижка является настоящим удовольствием для нас, парней. Кто-то возится в твоих волосах, проводит машинкой по затылку, мягким движением спускается на шее и долгожданные мурашки покрывают голову облаком наслаждения. Приятнее стрижки может быть только массаж ног от двух прелестных выпускниц школы.

Сегодняшнюю стрижку мне делала далеко не выпускница. Пузико, запах курева и не слишком приятная внешность, но ее руки хорошо знали свое дело и в результате из-под копны ветренных волос в зеркало выглянул переодетый фсб-шник.

Интересно, что в большинстве случаев мое отношение к людям мало зависит от внешности. Я сидел в кресле, ножницы пели сталью возле моих напряженных ушей, но монотонность процедуры брала свое. Ноги расслаблялись, мышцы рук и плеч отдавали тепло кресло и я, как обычно, уходил в свой мир.

Сначала мысли крутились вокруг парикмахерши. Я размышлял, почему иногда просто испытываешь чувство симпатии к человеку, а иногда просто на автомате напрягаешься и понимаешь, что с этим человеком ничего хорошего у тебя не выйдет? В принципе анализировать мне было лень, я просто вспоминал своих врагов, друзей и тех, кто просто раздражал — тараканов.

Знакомьтесь, это Вова. Вова — толстый мальчик и он обожает бить тех, кто слабее. Мой первый явный враг, который окунал меня с головой в унитаз, топтал шапку в раздевалке и просто тыкал меня в живот. Неспешно, в течение часа, двух, зажимая подмышкой как домашнее животное.

Именно тогда меня впервые посетило чувство злости на собственное бессилие. Родители на этот счет ничего не говорили, я не знал, как себя вести. Много раз был близок к тому, чтобы дать отпор Вове, но тупо не знал — каково это, бить человека.

Значительно позже, в армии, я впервые подрался реально и по-настоящему. В отмах, с кровью, с табуретками и реальной злостью. И после этого страх прошел. Когда понимаешь, насколько на самом деле уязвим человек, ударить очень легко. Когда после армии в течении нескольких лет тревожные симптомы набирали свои обороты, драка иногда становилась действительно приятным занятием.

Именно тогда я впервые сильно позавидовал парням из «Бойцовского клуба». Предлагая такое своим друзьям, я всегда наблюдал одну и ту реакцию — им ссыкотно. Похожий на того раздолбая из «ХХХ», я ужасно хотел драйва. В принципе, мои старые читатели всё это помнят, от проколотых шин до ночного безумия.

Иногда я думаю, что всё в жизни дается не просто так. На данный момент иногда вспылить хочется, но чтобы дело доходило до драки — такого нет. Тревоги нет, депрессии тоже. Чувствуется и сила внутри, и отличный пофигизм, да и ценности поменялись.

Парикмахер прижалась ко мне своим пухленьким тельцем, спращивая, чем я занимаюсь. С трудом вынурнув из объятий какого-то там парикмахерского Морфея, я ответил, что делаю сайты. Поговорили немного. И я опять шагнул туда, куда шагать легче всего — в свой собственный мир, где вы все, ребята, являетесь просто проекциями. В принципе, как и я.

В то время был у меня друг. И я его предал. Настучал на него, он рассказал со злости своим парням из двора и так появился враг номер два — Олег. Знакомьтесь, тощий, в очках, небольшого роста, он не бил и не гнобил, он просто требовал денег. На улице его ждали цыгане, тогда на корню купившие нашу школу, и многие стояли на дани.

Недавно, кстати, мы с другом повстречались. Сидели, пили пиво, и мне потянуло просто попросить у него прощения за тот стук. Неожиданно он сам это сделал. За то, что сказал пацанам про меня. Так незвершенный гештальт из детства завершился наглухо, замкнувшись в кольцо. Боль ушла, остался опыт.

В школе было много тараканов, практически весь класс. Ну не понимали они меня и я их. Вроде до открытых стычек дошло всего пару раз, потом кто-то сказал — ну его, и я продолжил жить в своем мире книг.

В универе ситуация поменялась. Неожиданно мой стиль поведения стал привлекать людей и особенно девушек. Мои рассуждения, разговоры, да и вообще что-то видимо во мне притягивало людей и многие просто слушали открыв рот. Шахов называет это природной харизмой (ему можно) и это весьма опасная штука. Она может вызывать и ненависть, причем довольно сильную.

Появились друзья, с которыми я дружу и сейчас, но более слабо, так как половина живет в Москве, вторая половина стала успешными мещанами. С детьми, пузиком, женами и шашлыками у тестя. Это абсолютно неплохо, просто стиль жизни разный и разные занятия. Всё-таки свой биз и наемный труд реально отделяют людей.

Но не тут-то было. Знакомьтесь, враг номер три, Леха. Я знаю, что всегда найдутся люди, которых я просто раздражаю. И здесь злоба долго таилась. Потом кто-то из его окружения взял у меня в долг, долг был переведен на Лешу и он сказал, чтобы я о нем забыл.

Это была забавная история. С одной стороны я уже дружил с людьми, которые числились в милиции на не очень приятном счету, с другой ужасно не хотелось что-то делать. Андрей, которого потом посадили за грабеж и изнасилование, Миха, который так и остался монтажником, вылетев с третьего курса. Проболтался, и это был первый раз, когда за меня вступились просто так. То есть никто потом не требовал никаких обязательств, ни денег, ни ответных жертв.

Долг был отдан, Леша был побит, моя рубашка была мокрой. Ну я просто очень вспотел на той стреле, когда там возникла нешуточная напряженная обстановка и Андрей достал какую-то хрень с пластиковой бутылкой на конце. Очень было похоже на самострел какой-то. И я понятия не имею, зачем там эта бутылка из-под фанты.

Именно тогда у меня впервые появились мысли насчет того, чего я вообще хочу в жизни и почему у меня особый статус, либо он мне кажется особым. С одном стороны не вписываюсь ни в один замкнутый коллектив, с другой в свободном полете всегда нраходятся единомышленники, которым я чертовски благодарен каждую секунду своей жизни.

Тут мои воспоминания прервал мужик на соседнем кресле. Он начал рассказывать что-то о том, что его начальник ждет его через пять минут. Потом он прихвастнул своим гаражом и женой. Я вот вообще без понятия, почему перед девушками хвастаются женами. Ну хочешь, флиртуй, но зачем касаться и обсуждать святое?

Транс был успешно наведен касанием бритвы за ушами. Жужжание автоматом вернуло меня в армию. Там и друзей, и врагов, и тараканов было в разы больше. Именно там я понял, что не всегда можно решить дела словами, потому что истина стала еще более очевидной — иногда человек нравится нам просто так и никогда не поймешь, почему он тебе нравится. А иногда просто так ненавидишь, и тоже до соленой изюминки раздражения никак не докопаешься.

В армии я впервые понял, что драться всё-таки надо уметь. И мышцы вполне пригождаются. Все мудрости конфуцией и талантливых женоподобных психологов становятся плевками, которые растирают на полах казенных учреждений. В армии ли, на зоне или просто в вашем любимом офисе.

Моя старенькая еврейская бабушка, когда печет блины и бьет туда яйца, говорит: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся. Ты даже не представляешь, где можешь оказаться завтра, просто вступившись за девушку». Все попытки объяснить ей, что это не идиш мудрость, а русская народная, не приводят к успеху.

Я качал пресс, отжимался, пробовал бить стену. Мы много пили тогда, пока жили в бараке. К нам приходили и прапорщики, и дедушки и просто какие-то шлюхи. Отказавшись переспать с одной из них (ну не изменяю я жене), я нажил себе довольно крутого врага — Илью, ее брата, которому она всё и рассказала с соплями. С Ильей мы дрались так, как никогда еще не было у меня. Это когда плачешь не от боли, а от того, что не смог дотянуться.

Было много историй. Мы побили там вора в законе и наш горнизон окружили парни с битами. Я не верил вообще в то, что это возможно в принципе, но в горнизоне нет милиции, и даже в городке пригорнизонном нет. Рулят там командир части и смотрящий. И все сосуществуют в неком хрупком равновесии, которое мы и нарушили. Ничего, выкарабкались.

Чему я действительно благодарен армии, так это пониманию того, что человека вполне можно ударить, особенно тупого и очень сильного. И в большинстве случаев успех поединка решает не сила (хотя и она важна), а то, насколько ты далеко решил зайти в драке. После армии ты уже не стесняешься попросить водилу убавить шансон или чеченские трели.

После армии враги появились больше психологического плана. Более сильные. Не задроты, а реально люди, от которых зависела моя судьба. Да, иногда дракой можно решить поразительно много проблем, но всё чаще думаешь, что проще этого человека избежать.

Но и друзья иные. Тот же самый Женя, который одним своим видом, выходя из Хаммера, внушает легкую оторопь, мне вполне понравился как человек. Понятно, что в прошлом у него было разное, это было у большинства нескучных людей, но… скажите честно, будете ли вы восхищаться или слушать человека, у которого всё только на словах и который из года в год что-то говорит о своих планах в трубку, или же тем, кто реально что-то сделал и понял в жизни?

И скажите еще более откровенно, к кому вас тянет больше – к правильному задроту из офиса с правильными мыслями, или тому, кто имеет свои изъяны и проблемы и не стесняется в этом признаться? Поверьте, от второго толку будет гораздо больше и этот второй может стать другом, который можеи и заступиться, и выручить. Пусть даже он был нацистом, наркоманом, сидел на антидепрессантах или пил чифир.

И удивительно, что мы все, такие разные, становимся друзьями, разговариваем, учимся чему-то у друг друга. Всем НЕтаким людям в детстве говорили, что они вырастут даунами и отщепенцами. И надо же, не выросли даунами, а стали лучше, сильнее и успешнее большинства. Жизнь удивительная штука.